Секретная операция генерала Джуламанова

Геннадий БЕНДИЦКИЙ

Об этом сообщает Руспрес

Судебный процесс по делу экс-директора пограничной службы Казахстана Нурлана ДЖУЛАМАНОВА с каждым днем все больше начинает напоминать не уголовное разбирательство, а какой-то водевиль. Складывается впечатление, что все происходящее на суде делается его участниками для того, чтобы как можно сильнее развлечь праздную публику. Подельники генерала и по совместительству обличающие его в коррупции свидетели регулярно поражают аудиторию своими заявлениями. Одни говорят о давлении на них со стороны следственных органов, другие, наоборот, жалуются, что их в кулуарах суда запугивают сторонники Джуламанова. Некоторые утверждают, что пошли на коррупционное преступление чуть ли не под угрозой физического устранения со стороны бывшего руководителя, другие откровенничают, что, когда брали взятки, испытывали такой психоэмоциональный дисбаланс, что всерьез подумывали о суициде. Не удивительно, что на этом фоне куда более естественно выглядят обмороки и гипертонический криз главного обвиняемого и подсудимого - генерал-лейтенанта Джуламанова. Оно и понятно: в один момент переместиться из служебного кабинета зампреда КНБ РК в камеру следственного изолятора и поменять кресло главы погранслужбы страны на скорбную скамью подсудимых - тут ни у кого никакого здоровья не хватит…

А пока в столице продолжается этот судебный процесс, в Южном Казахстане полным ходом идет другое уголовное расследование, в котором уже во весь рост фигурирует тот же Нурлан Джуламанов. В конце октября 2014 года мы уже коротко упоминали эту историю в качестве одной из вероятных причин ареста директора погранслужбы.

Напомним: речь тогда шла о некой секретной операции, проведенной разведкой погранслужбы нашей республики прошлой весной на границе Казахстана и Киргизии. Ее результатом стало задержание 14 большегрузных фур с товарами народного потребления на общую сумму свыше 1 миллиарда тенге, ввезенных контрабандой на казахстанскую территорию из соседней страны. Плюс – в одной из машин был найдет тайник с 6,5 килограммами гашиша. Операцию обставили с большой помпой – благодаря полномасштабному освещению в республиканских СМИ, подали ее как большое достижение погранвойск по охране госграницы и небывалый успех в борьбе с контрабандой! Однако вскоре выяснилось, что задержанные киргизские предприниматели, являвшиеся хозяевами контрабандного груза, вовсе не были инициаторами его нелегального провоза. Оказалось, что подтолкнули их на это рискованное предприятие некие казахстанские пограничники, которые, с одной стороны, гарантировали им полное прикрытие и взяли за это деньги в сумме 70 тысяч долларов США, а с другой - подставили по полной программе. В результате коммерсанты из сопредельного государства лишились и груза, и денег, влезли в долги у себя на родине, да еще и под уголовную статью загремели. Когда стали разбираться с этой ситуацией, выяснилось, что переход грузовых автомашин с контрабандой через границу обеспечивал конный пограничный наряд с казахстанской заставы «Сыпатай-Батыр» в составе одного сержанта-контрактника и двух солдат срочной службы. Причем, все было организованно на таком серьезном уровне, что обычным солдатам-пограничникам было бы явно не под силу. Чтобы машины прошли беспрепятственно и незамеченными, с этого участка границы была снята радиолокационная система слежения, отключена система электронного наблюдения, отправлена в казармы оперативная заградительная группа, прикрывающая пограничные наряды, непосредственно несущие охрану госграницы. А потом еще подогнали бульдозер и грейдер, которые засыпали участок идущего вдоль границы противотанкового рва и проложили по степи дорогу до ближайшего проселка, дабы груженые фуры нигде не застряли… Впечатляет, не правда ли?

Но поначалу за все вышеперечисленные художества на границе задержали лишь сержанта и двух солдат, попытавшись их сделать крайними. Хотя и киргизские предприниматели, и задержанные пограничники сразу назвали тех, кто стоял за этой «секретной операцией», в течение нескольких месяцев их показания упорно игнорировались. Ситуация изменилась только после ареста главы погранслужбы Казахстана Нурлана Джуламанова, что явно не похоже на случайное стечение обстоятельств.

Только тогда выяснилось, что эту хитрую комбинацию с задержанием контрабанды затеял начальник разведки погранслужбы Казахстана полковник С. АЛИМЖАНОВ, специально приехавший для этого из Астаны. А мобильная спецгруппа центрального аппарата погранвойск, прибывшая на южные рубежи, была, что называется, сводной – в нее входили офицеры, не имеющие никакого отношения ни к разведке, ни к центральному аппарату погранслужбы. Например, бывший тогда преподавателем института погранвойск некий подполковник АРХАТБАЕВ. Или служившие совсем в других регионах республики майоры МУХАМБЕТАЛИЕВ и НУРЛАНОВ. То, что мобильная группа центрального аппарата была такой разношерстной, можно было бы объяснить глубокой конспирацией и боязнью утечки информации, если бы не одно «но». Вся эта секретная операция больше походила на организованную провокацию, нежели на реальную борьбу с контрабандой. В ходе многомесячного расследования все яснее становилось, что нити этой проведенной в Южном Казахстане «спецоперации» ведут куда-то в Астану, но эту информацию долго придерживали.

И вот буквально на днях нам стало известно, что дело сдвинулось с мертвой точки. Троих рядовых военнослужащих - сержанта-контрактника и двух солдат-срочников – из-под стражи отпустили, за активную помощь в раскрытии преступления перевели в разряд важных свидетелей, применив к ним статью о деятельном раскаянии. Задержали непосредственно отдававшего им приказ о пропуске машин с контрабандой через госграницу майора Мухамбеталиева. По нашей информации, почти сразу встал вопрос об аресте полковника Алимжанова и подполковника Архатбаева, но… не тут-то было. Дело в том, что у них на руках оказалось некое письменное распоряжение на проведение данной секретной операции, завизированное самим тогдашним директором погранслужбы РК генерал-лейтенантом Нурланом Джуламановым. Якобы его даже пытались задним числом подшить к оперативному делу, что почему-то не было сделано еще прошлой весной, когда всплыла история с нелегальным проводом машин с контрабандным грузом через границу. Но этого сделать не удалось. Зато это позволило говорить, что командированные офицеры действовали по приказу своего тогдашнего самого высокого начальства. Пусть так. Но что мы имеем, как говорится, в сухом остатке?

Фигурантами уголовного дела в отношении так называемой организованной преступной группы, созданной, по версии следствия, генералом Джуламановым, в основном являются офицеры, перешедшие вместе с ним из Министерства обороны. Так сказать, лично преданные и во многом обязанные ему своим карьерным ростом. Судя по их показаниям, генерал, которого они между собой называли «агашкой», в 2013 году сильно поиздержался и в 2014 году дал им всем ориентир на зарабатывание денег за счет откатов от проводимых погранвойсками тендеров.

А вот в контрабандном деле, расследуемом в Южном Казахстане, фигурантами являются сплошь кадровые офицеры-пограничники. Сегодня они тоже утверждают, что действовали исключительно по распоряжению их шефа, пришедшего к ним в ведомство из Министерства обороны. Если учесть, что за год с небольшим, пока Нурлан Джуламанов командовал погранвойсками, из этой структуры было уволено порядка 4 тысяч профессиональных офицеров-пограничников, выходит, что избежавшие этой тотальной чистки готовы были хоть самому черту пятки лизать, лишь бы остаться при должности. Да и масштабы выявленных следственными органами деяний очень уж не похожи на несанкционированную с самого верха самодеятельность подчиненных.

И вот тут у меня есть один вопрос. Все полтора года на посту директора погранслужбы Нурлан Джуламанов находился у всех на виду. Вращался преимущественно в кругу таких же генералов и больших чиновников из различных ведомств. При этом красиво жил, вкусно ел, смачно пил, колоритно отдыхал. Покупал недвижимость, достраивал особняк, дарил близким машины, квартиры, обеспечивал, как сейчас утверждают, проходящие по делу свидетели, некую токалку. И никто из ходивших в друзьях у генерала государственных персон с большими звездами на погонах и тугими портфелями государственных забот ничего не замечал, не знал, не ведал? Или все считали происходящее критерием успешности и предметом зависти?

В этом контексте произнесенные на судебном процессе слова обвиняемого в коррупции Нурлана Джаламанова, что он стал жертвой политического заказа, сразу приобретают особенный смысл. Ведь когда всем можно, а кому-то отдельному вдруг становится нельзя – поневоле задумаешься о подковерных интригах и заказном характере уголовного дела. Хотя говорить о том, что дело сфабриковано, оснований с каждым днем судебного процесса становится все меньше и меньше…