Какой госязык нужен Киргизии. Кенеш дебатирует новый вариант закона "О языках"

Какой госязык нам нужен?

Садырбек ЧЕРИКОВ

На повестке дня Жогорку Кенеша - утверждение нового закона о государственном языке. Того самого, который в позапрошлом году не прошел. В пылу эмоций мои сородичи кого только в этом не обвинили. Между тем, ситуация повторяется: не продумав деталей и механизма внедрения (или, правильнее, развития и усовершенствования) госязыка, опять хотят его навязать другим.

История вопроса

Создание указом президента Центра государственного языка и энциклопедии при Нацкомиссии по гос-языку явилось воплощением светлой мечты покойного писателя и переводчика Ашыма Джакыпбекова. Тонкий знаток кыргызского художественного слова, переводчик многих известных произведений Ч. Айтматова на кыргызский, он еще в 1990 году предложил создать "сокровищницу языка" наподобие армянского "Матенадарана", где можно было бы собрать истинных мастеров и ценителей кыргызской речи. Ныне Центр, стараясь по мере сил и средств, выпустил ряд очень нужных словарей и терминологических пособий. Но их цены не по карману даже людям среднего достатка. К примеру, очень нужные кыргызско-русский и русско-кыргызский словари К. Юдахина стоят 6-7 минимальных зарплат. Лучшей контрпропаганды госязыку и не придумаешь.
В дальнейшем, в пылу повальной суверенизации, из конституционного статуса кыргызского языка стали выжимать все и вся, что придавало ему государственность. Причем, послед-няя носила декларативный характер и не имела серьезных механизмов для своего внедрения. Когда в 2001 году был подготовлен новый законопроект о госязыке, многие надеялись, что уж теперь-то они будут. Но… вместо конституционно-правового закрепления и разработки реальных механизмов внедрения была сделана попытка отдать кыргызский целиком на службу воинствующему экстремизму политиков от языка. И вполне естественно, что такой закон не был принят.

Русский кыргызскому - друг и товарищ

Может быть, нынешний проект закона претерпел серьезные изменения? К сожалению, если предыдущий проект страдал воинствующим диктатом, то содержание нынешнего напоминает выдохшегося в конце дистанции стайера. И… он носит по преимуществу декларативный, нежели законодательный характер. В нем преобладают обтекаемые и неконкретные фразы в отношении сфер применения госязыка.
А закон о государственном языке Кыргызской Республики очень нужен и важен. В случае высококачественной, профессиональной его разработки он бы дал, наконец, мощный толчок находящемуся на перепутье и остановившемуся в своем росте многострадальному кыргызскому языку. Но, как всегда, дело портят, сводят на нет никудышное исполнение, неграмотность и непрофессионализм, а также элементарная нечестность исполнителей.
Например, те же известные ученые-лингвисты (отдельные из которых ныне на вершине властного Олимпа) в свое время яро выступившие за внедрение госязыка, затем вдруг запели другим голосом. Именно их стараниями в Кыргызстане русский язык был принят официальным. Хотя лично русским и русскоязычным гражданам законодательное закрепление языка Пушкина, по большому счету, нужно как пятое колесо телеге. Просто нашим политикам надо было как-то обозначить свою позицию в период массового оттока русскоязычных соотечественников. И в качестве щита был выбран русский язык. Тогда как проблема криком кричала, но совсем другим, экономическим голосом.
Дошло до того, что сторонники придания русскому языку статуса официального, сами того не подозревая, подчеркивали его живучесть и мощь, а значит - ненужность подобного популистского шага. К примеру, уважаемый наш политстарейшина Турдакун Усубалиев, выступая в марте 1996 года на заседании СНП Жогорку Кенеша КР в поддержку Указа Президента о придании русскому языку статуса официального, сообщил, что русскоязычное население республики составляет 47,6 процента, а 820 тысяч кыргызов (35,1 процента всей титульной нации) хорошо знают русский язык. Комментарии, как говорится, излишни. А помнится, несколько лет назад Турдакун Усубалиевич столь же рьяно выступал патриотом кыргызского языка за всемерное и смелое его внедрение везде и всюду и… вопреки здравому смыслу. То же можно сказать и о поведении ставших по стойке "смирно", согласно политконъюнктуре, кыргызских ученых-специалистов.
Между тем, чтобы прекратить отток русскоязычного населения, надо было всего-навсего обуздать и усмирить собственных национал-экстремистов. Но поезд ушел, и перед настоящими ценителями и патриотами кыргызского языка непреодолимой стеной стоит официальный статус русского.
Тем не менее, русский был конституционно закреплен как официальный язык в Кыргызстане. И до сих пор никто не может толково и внятно объяснить, в чем же существенная разница между государственным и официальным языками. Если выразиться чисто профессионально, без политики, сие означает, что в стране два государственных (или официальных) языка.

Что делать?

Характерно, что в первом, пока еще действующем Законе "О госязыке" больше, чем в новом законопроекте, профессионализма и реального подхода к делу, а также демократии. Так, в нем красной нитью проходит идея кыргызско-русского билингвизма. Ведь подавляющее большинство населения Кыргызстана в той или иной мере владеет русским языком, и потому глупо было бы не воспользоваться сим, можно сказать, божьим даром в деле развития, так сказать, коммуникативности общества и его приобщения к глобальной информационной системе. Как результат, в новом законопроекте о госязыке следовало бы просто всмотреться в реалии жизни и вернуться к первоначальной, еще в старом законе заложенной, идее кыргызско-русского двуязычия. Ведь от жизни не уйдешь.
Ну, а серьезный подход к вопросу требует, как правильно считают специалисты, скорейшего принятия прежде всего закона об этническом развитии кыргызов и других национальностей в нашей стране. У нас же, как обычно, телега ставится впереди лошади.
№24 за июнь 2003

Об этом сообщает Руспрес